Азербайджан Режим Ильхама Алиева Нарушения прав человека Права человека в Азербайджане Суд по Гянджинским событиям
ИНСТИТУТ МИРА И ДЕМОКРАТИИ
Гянджинский Суд по тяжким преступлениям

Судебное рассмотрение проводилось в здании Сабунчинского районного суда в городе Баку

Дело №1(100)-51/2019

22 февраля 2019 года

Председательствующий судья : Натик Алиев

Судьи: Фаиг Махмудов (докладчик), Хагани Самедов

Обвиняемые: Маариф Гаджиев, Шахлар Рзаев, Руслан Гасанов, Турал Байрамов, Низами Акперов, Кямал Магеррамов, Араз Гасанов, Тогрул Вердиев, Орхан Ягналиев, Сеймур Алиев, Вагиф Ашрафов

Государственный обвинитель: Фуад Мусаев

Защитники: Айдын Керимов, Джафар Джафарли, Ильгар Гадиров, Вугар Ахмедов, Эльнур Набиев, Тейар Талыбов, Тейар Мирзоев, Самед Алиев, Камандар Гусейнов, Орхан Юсубов, Забил Гахраманов

Потерпевшие: Афган Исмайлов, Турал Акперов, Вусал Сафаров, Сархан Нагиев, Ниджат Аллахвердиев, Сабухи Джафаров, Самир Байрамов, Эльнур Мамедов, Вугар Гусейнов, Рашид Казымов, Эмин Гасанов, Асиман Мамедов, Асиф Дамиров, Зияфат Гасанов, Меджид Гурбанов, Турал Гараев, Ниджат Годжаев

Законный правопреемник потерпевшего Лейли Аббасова (супруга убитого Самеда Аббасова): адвокат Рустам Зульфугаров




3 июля 2018 года около 20.30 в городе Гянджа было совершено вооруженное покушение на главу Исполнительной власти города Эльмара Велиева. На месте преступления полиция задержала подозреваемого Юниса Сафарова, гражданина России, который тяжело ранил не только главу Исполнительной власти, но и его телохранителя. 4 июля 2018 года в средствах массовой информации были распространены фотографии Юниса Сафарова со следами пыток и избиений. Происхождение этих фотографий до сих пор неизвестно. Органы следствия отрицают свою причастность к ним, а неофициальные источники говорят о разных версиях происхождения этих фотографий: первая версия заключалась в том, что Юнис Сафаров, находясь в полицейском участке, был избит сыном главы Исполнительной Власти города Гянджи Эльмиром Велиевым. Согласно второй версии, били, пытали Ю.Сафарова начальник отдела уголовного розыска полковник-лейтенант Сархан Исмаилов и главный оперуполномоченный Главного Управления Полиции Гянджи Горхмаз Ибрагимов. Заснявший избиение на свой собственный телефон, Сархан Исмаилов отправил эти кадры Эльмиру Велиеву -сыну Эльмара Велиева. Затем Эльмир Велиев распространил фотографии в социальных сетях с целью устрашения.
10 июля 2018 года в центре Гянджи прошла акция протеста, в ходе которой были убиты заместитель начальника Главного Управления Полиции города Гянджи полковник Ильгар Балакишиев и заместитель начальника Управления Полиции Низаминского района города Гянджи полковник-лейтенант Самед  Аббасов. Сразу начались аресты жителей Гянджи.
Одним из первых задержанных был Фарух Гасымов.  А уже 13 июля 2018 года в результате проведенной сотрудниками правоохранительных органов операции в городе Шамкире был убит Рашад Беюккишиев, которого обвинили в убийстве полковника Ильгара Балакишиева.
21 июля 2018 г. был убит, как сообщила пресс служба Службы Государственной Безопасности (СГБ) при «оказании вооруженного сопротивления» на территории поселка Ходжасен Бинагадинского района ранее судимый и находящийся в розыске Анар Багиров.
25 июля 2018 г. был застрелен житель города Гянджи, член движения «Мусульманское единство» Ага Гусейн оглу Сархани, по утверждению правоохранительных органов также при оказании вооруженного сопротивления. Более того, СГБ распространило фото убитого Сархани, на котором он лежит с пистолетом в руках. Любопытно, как застреленный в упор человек, падая смог удержать в руке пистолет? И почему  Ага Сархани, будучи левшой, держит пистолет в правой руке?  Движение «Мусульманское Единство» выступило с заявлением, в котором четко указало: «По ложным обвинениям в организации беспорядков в Гяндже убивают невиновных верующих людей, членов движения избрали мишенями, власти стремятся нагнетать страх в обществе» .

28 июля  2018 г.в ходе спецоперации СГБ в городе Самух был застрелен Фуад Тофик оглу Самедов. По утверждению СГБ Ф.Самедов был убит также при оказании вооруженного сопротивления и был одним из активных членов "группы радикальной религиозной направленности" и участником беспорядков в Гяндже.

10 августа 2018 г. полицейскими в городе Сумгаите был убит Мураз Рагимов, по утверждению правоохранительных органов также член радикальной религиозной группировки и был убит при оказании вооруженного сопротивления в ходе спецоперации полиции в Сумгаите.

В первой половине августа в связи с событиями в Гяндже Генеральный прокурор Азербайджана провел совещание, на котором сообщил о привлечении к ответственности 77 человек, причастных по версии следствия к событиям в Гяндже, 13 человек были объявлены в розыск и в результате оперативно-розыскных мероприятий было ликвидировано пять человек.
Однако убийства продолжились. 28 августа 2018 г. в  ходе спецоперации СГБ в Хачмазском районе был застрелен при оказании "вооруженного сопротивления", обвиненный  в религиозной экстремизме и терроризме, Ниязи Наджафов. Это уже шестой гражданин Азербайджана, убитый  в течении июля-августа 2018, при неясных обстоятельствах….
Все задержанные по «гянджинскому делу» были разделены на группы. Судебный процесс над одной из  этих групп мы описываем ниже.

Арестованные не были обеспечены адвокатами. После завершения предварительного следствия дело было передано на рассмотрение в Гянджинский Суд по тяжким преступлениям. Несмотря на то, что согласно подсудности, суд должен был проходить в городе Гяндже, судьи Гянджинского Суда по тяжким преступлениям выезжали в Баку, а сам судебный процесс проводился в здании Сабунчинского районного суда города Баку. 

В представленном на суде обвинительном акте было указано, что 10 июля 2018 года  все 11  обвиняемых участвовали в несанкционированной акции, в вооруженном нападении на сотрудников полиции и нанесли им телесные повреждения.  Выступая на суде, обвиняемые рассказали следующее.

Обвиняемый Шахлар Рзаев показал, что не пользуется социальными сетями и никогда не был за границей, он присоединился к акции 10 июля из-за введенного запрета на азан (призыв к молитве в мечетях). Он не знал точного времени проведения акции, об акции он узнал от незнакомых людей. Ш. Рзаев показал, что никого не приглашал на акцию, он только во время акции несколько раз выразил  свой протест, прокричав лозунги в поддержку азана. В это время полицейские призвали прекратить акцию. Полицейские схватили его в тот момент, когда он выкрикивал религиозные лозунги. Ш.Рзаев показал, что видел человека среднего роста с кинжалом в руках, однако он не видел, чтобы кто-то нападал на полицейских.

Обвиняемый Маариф Гаджиев показал, что 10 июля 2018 года он пришел в «Гянджлик Молл», чтобы оплатить кредит телефона, и увидел людей возле здания исполнительной власти. Внезапно М. Гаджиев заметил мужчину, у которого в руках был нож. Этот человек подошел к полицейскому по имени Самед Аббасов и ударил его сзади. Произошел переполох, этот человек убежал, сказав при этом :«Мы отомстили за кровь Али».

Обвиняемый Турал Байрамов также не признал себя виновным. Он рассказал, что узнал о покушении на главу исполнительной власти города Гянджи из социальных сетей.  10 июля 2018 года, находясь в Баку, узнал об акции также из социальных сетей. Из Баку в Гянджу  Т.Байрамов вернулся 10 июля вечером около 20.00. По дороге он зашел в мечеть «Шах Аббас», а потом пошел в сторону площади, где и был схвачен полицейскими. Обвиняемый показал, что не наносил никому телесных повреждений, не знаком ни с кем из потерпевших и из тех людей, кто был на площади.

Обвиняемый по делу Низами Акперов не признал себя виновным и показал, что подошел к площади 10 июля 2018 года около 20.00. Там было много людей в гражданском и полицейские. Потом он услышал чей-то свист и началось столкновение людей в гражданском с полицейскими. Полицейские применили слезоточивый газ. Участники акции вынуждены были отойти. Н. Акперов сказал, что не бросал ни в кого камни. Это делали какие-то неизвестные ему люди. Когда же он отошел в сторону улицы Сабира, рядом с мавзолеем Джавад  Хана  его  схватили полицейские.

Кямал Магеррамов показал, что работал в магазине одежды. 10 июля  2018 г. около 20.00 сотрудница магазина закрыла магазин, и он пошел в сторону мечети «Шах Аббас». Проходя перед зданием исполнительной власти, К. Магеррамов увидел толпу людей, среди которых была его соседка Севиль. Она спорила с полицейскими по поводу того, почему они закрыли дороги. К. Магеррамов тоже спросил полицейских об этом и в этот момент он был задержан полицейскими. Когда его привезли в управление полиции, он узнал об убийстве двух полицейских. Обвиняемый также показал, что не бросал ни в кого камни, не пользуется социальными сетями и не видел при каких обстоятельствах были убиты эти полицейские.

Обвиняемый Араз Гасанов также не признал себя виновным и рассказал, что в 2009 году вместе с друзьями посетил Иранскую Исламскую Республику и с тех пор начал совершать намаз (молитву). В социальной сети инстаграм у него есть свой профиль. 3 июля 2018 года в инстаграм он увидел фотографию Юниса Сафарова, одобрил ее, но не поделился ею. Араз Гасанов сказал, что не участвовал в акции, а 10 июля 2018 года примерно в 20.30 вместе с друзьями находился в кафе и смотрел футбол. Затем сев в свою машину, проехал по проспекту Ататюрк в Гяндже. Когда он подъезжал к дому, то увидел несколько полицейских машин, полицейские сообщили, что проводится акция. Он также показал, что не знаком с Рашадом Беюккишиевым (убитый в ходе операции сотрудниками правоохранительных органов по подозрению в теракте), не участвовал в митинге, не нанес никому телесных повреждений.

Обвиняемый Тогрул Вердиев в ходе суда также не признал себя виновным. Он рассказал, что 10 июля 2018 года примерно в 18.00 вышел с работы и пошел пить чай с друзьями. Затем вместе с друзьями он пошел к площади, где они присели под телевизором, находящимся на площади. Туда подошел их знакомый по имени Тургут, вокруг площади было много полицейских. Вдруг он увидел, как какой-то человек с кинжалом в руке ударил полицейского. Когда они увидели, что на место прибыли сотрудники спецотряда полиции, они побежали в сторону базара. Там он встретился со знакомым по имени Али и они вместе пошли домой. Т.Вердиев показал, что не выкрикивал каких-то лозунгов и не нанес никому телесных повреждений.

Обвиняемый Орхан Ягналиев, как и другие обвиняемые, не признал себя виновным. Он показал, что 10 июля 2018 года был на поминках родственника, около 14.00 вместе с двоюродным братом пошел к дяде. Где-то в 20.00 они проходили рядом с Низаминским районным судом города Гянджи, к его двоюродному брату Вугару подошли полицейские и потребовали пройти с ними в отделение полиции. Орхан  Ягналиев подошел к полицейским и предупредил их, что у Вугара больное сердце. После этого полицейские забрали их обоих. О. Ягналиев заявил, что не участвовал в акции, не наносил кому-либо телесных повреждений, во время следствия он дал признательные показания под пытками, по этой причине он не подтверждает эти показания.

Обвиняемый Сеймур Алиев также не признал себя виновным в предъявленных обвинениях. Он показал, что не имел никаких связей с Юнисом Сафаровым, 8 июля 2018 года на WhatsApp ему пришло сообщение с неизвестного номера, в котором говорилось о намерении провести акцию 10 июля с требованием изгнать из города главу Исполнительной Власти Гянджи Эльмара Велиева и его семью. В этот день он пошел в мечеть для совершения намаза (молитвы), и был схвачен   полицейскими. При этом он не нанес никаких телесных повреждений полицейским.

Обвиняемый Вагиф Ашрафов также не признал себя виновным в предъявленных обвинениях. Он показал, что пользуется социальными сетями и о покушении на Эльмара Велиева узнал 3 июля 2018 года именно из социальных сетей. В инстаграме он увидел страницу в поддержку Юниса Сафарова, покушавшегося на Э. Велиева. На этой странице была информация о готовящейся 10 июля акции. Он вместе с другом пошел на площадь, чтобы понаблюдать за акцией. Примерно в 14.00  В. Ашрафов отправился в кафе попить чай, затем они вместе с другом пошли в клуб поиграть в компьютерные игры, примерно в 19.50 они вместе пошли на площадь. Там они увидели скопление народа, полицейские бежали в сторону людей. Он слышал лозунги и увидел, как молодой человек в черной рубашке с кинжалом в руках накинулся на полицейских. Впоследствии он узнал, что этого человека звали Рашад Беюккишиев. Увидев все вышеописанное, он вместе с другом удалился с этой территории. Он сказал, что никому не наносил никаких увечий и не выкрикивал каких-либо лозунгов.

Обвиняемый Руслан Гасанов также не признал себя виновным в предъявленных обвинениях. Он показал, что является верующим человеком, поэтому посещал священные места. О покушении на главу исполнительной власти и о планируемой 10 июля акции он узнал из социальных сетей. 10 июля 2018 года примерно в 19.00 вместе с другом отправились в чайный клуб, затем, проголодавшись, пошли купить еду в ближайший магазин, после чего зашли в кафе покурить кальян. В этот момент они услышали шум, доносившийся с площади. Друг Гасанова остался на месте, а он сам пошел в сторону площади. Там Гасанов увидел людей, которые бегали туда-сюда. Он понял, что что-то не так и пошел обратно. Около перехода его остановили полицейские и попросили телефон. Затем они схватили его, поместили в машину и привезли в управление полиции. Он не был свидетелем какого-либо насилия со стороны людей, не участвовал в акции, не выкрикивал каких-либо лозунгов, не видел убийства полицейского и не знал никого из тех, кто участвовал в акции.

Все потерпевшие по данному уголовному делу являются полицейскими. Все они показали, что обвиняемые участвовали в несанкционированной акции, которая, по версии следствия, была организована «радикальными силами». 

Большинство из свидетелей также являются сотрудниками правоохранительных органов. Один из свидетелей Руфан Фарзалиев, не являющийся полицейским, показал, что был неподалеку от места, где проводилась акция. Он видел, как какой-то незнакомый ему человек в черной рубашке с кинжалом в руках ударил полицейского. В этот момент люди, находящиеся рядом с ним, и полицейские подбежали к раненому полицейскому. В своих показаниях он отметил, что не знает никого, кто участвовал в акции, из его знакомых никто не был участником акции.

Свидетель Вугар Аллахвердиев является двоюродным братом обвиняемого Орхана Ягналиева. В своих показаниях он подтвердил показания О. Ягналиева и добавил, что когда он и Орхан были задержаны и отвезены в управление полиции, в отношении них был составлен административный протокол. Они оба были обвинены в совершении правонарушения, после чего Низаминский районный суд города Гянджи приговорил его к 20 суткам, а Орхана к 15 суткам административного ареста. На судебном процессе они оба заявили, что не выкрикивали никаких лозунгов и не оказывали сопротивления полицейским.

22 февраля 2019 года Гянджинский Суд по тяжким преступлениям, рассмотрев дело в здании Сабунчинского районного суда города Баку, вынес приговор о признании виновными всех обвиняемых в совершении преступлений, предусмотренных статьями 220.1. (массовые беспорядки) и 315.2. (сопротивление или применение насилия в отношении представителя власти с применением насилия, опасного для жизни или здоровья) Уголовного Кодекса Азербайджанской Республики (УК АР) и приговорил:
1. Маарифа Гаджиева к 9 годам лишения свободы в учреждении отбывания наказания общего режима;
2.
Шахлара Рзаева к 8 годам 6 месяцам лишения свободы в учреждении отбывания наказания общего режима;
3.
Руслана Гасанова к 8 годам лишения свободы в учреждении отбывания наказания общего режима;
4.
Турала Байрамова к 8 годам лишения свободы в учреждении отбывания наказания общего режима;
5.
Низами Акперова к 8 годам лишения свободы в учреждении отбывания наказания общего режима;
6.
Кямала Магеррамова к 8 годам 6 месяцам лишения свободы в учреждении отбывания наказания общего режима;
7.
Араза Гасанова к 7 годам 6 месяцам лишения свободы в учреждении отбывания наказания общего режима;
8.
Тогрула Вердиева к 8 годам лишения свободы в учреждении отбывания наказания общего режима;
9.
Орхана Ягналиева к 8 годам 6 месяцам лишения свободы в учреждении отбывания наказания общего режима;
10.
Сеймура Алиева к 8 годам лишения свободы в учреждении отбывания наказания общего режима;
11.
Вагифа Ашрафова к 7 годам 6 месяцам лишения свободы в учреждении отбывания наказания общего режима.


Комментарий юриста-эксперта:

Судебный приговор является незаконным, необоснованным, негуманным и несправедливым.  Согласно уголовному законодательству, судебное производство основывается на определенных принципах. Одним из принципов является принцип справедливости. Согласно данному принципу, наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного. Одним из главных моментов являются обстоятельства, при которых совершено преступление. В рассматриваемом деле суд не учел всех обстоятельств, которые имели место быть. Выводы, сделанные судом, не соответствовали обстоятельствам дела.
Другим нарушенным принципом, который не менее важен, является принцип гуманности. Именно принцип гуманности лежит в основе назначения наказаний. Именно на принципе гуманизма должно основываться ведение предварительного и судебного следствия. В ходе судебного заседания практически все обвиняемые говорили о пытках и бесчеловечном обращении, даче показаний под пытками. Однако это серьезное обстоятельство –выбивание показаний под пытками, не было расследовано судом. Суд даже не проявил никакой инициативы к расследованию фактов пыток. Что касается назначения наказаний, то, как видно из приговора, всем обвиняемым назначили большие сроки заключения. Однако четких и неопровержимых доказательств вины обвиняемых в деле не было.
Одним из фундаментальных принципов демократического общества является принцип презумпции невиновности, вошедший в основу принципов уголовно-процессуального законодательства. Согласно статье 21.2. Уголовно-Процессуального Кодекса Азербайджанской Республики (УПК АР), признание лица виновным недопустимо даже при наличии основательных подозрений в его виновности. В соответствии с положениями настоящего Уголовно-Процессуального Кодекса сомнения, которые при доказывании обвинения невозможно устранить в рамках соответствующей правовой процедуры, разрешаются в пользу обвиняемого (подозреваемого). Точно также в его пользу должны разрешаться и сомнения, не устраненные при применении уголовного и уголовно-процессуального законов. Данный принцип зафиксирован в статье 6(2) Европейской Конвенции по защите прав человека и основных свобод. В ней сказано: «Каждый обвиняемый в совершении уголовного преступления считается невиновным, до тех пор, пока его виновность не будет установлена законным порядком». В данном деле следствие не представило в суд убедительных и неопровержимых доказательств вины обвиняемых,  и вина обвиняемых не была доказана судом.
В отношении обвиняемых также было нарушено право на свободу. Это право закреплено в статье 28 Конституции Азербайджанской Республики. В ней говорится:
I. Каждый обладает правом на свободу.
II. Право на свободу может быть ограничено только в предусмотренном законом порядке путем задержания, ареста или лишения свободы.
Эта норма также закреплена в статье 5(1) Европейской Конвенции, которая запрещает произвольные аресты. Прецеденты Европейского Суда по правам человека (ЕСПЧ), являющиеся обязательными для стран-членов Совета Европы, также закрепляют за каждым право на свободу. В прецедентах ЕСПЧ неоднократно подчеркивалось, что для задержания лица необходимы обоснованные подозрения, которые могли бы убедить стороннего наблюдателя в том, что  данным лицом совершено преступление.
Почти все обвиняемые при задержании были лишены возможности сообщить семьям и родным об аресте и о своем месте нахождения. Это нарушение продолжалось несколько месяцев, хотя законными правами задержанного  согласно статье  91.5.6.УПК АР являются:
·
немедленно по задержании сообщить по телефону или другими средствами о задержании или заключении под стражу и месте содержания близким родственникам или другим лицам, связи с которыми представляют для него законный интерес; если задержанное лицо является иностранцем или лицом без гражданства, немедленно информируют об этом дипломатическое представительство или консульство государства, гражданином которого оно является или в котором постоянно проживает, в Азербайджанской Республике, либо национальную или международную организацию, которая приняла на себя попечительство над ним .
Обвиняемые рассказали о пытках, которым их подвергали следственные органы. Именно под пытками многие из них дали признательные показания. Из показаний одного из обвиняемых: «Мои руки, ноги, рот заклеили скотчем и уложили на пол. Они избивали меня в таком положении, издевались».  Другой обвиняемый рассказал: «С 11 по 20 июля я содержался с завязанными глазами, меня били дубинкой по стопам, зажимали наручники в самых тесных местах, валили на пол и сажали на меня самого тяжелого человека, пучками выдергивали волосы на бороде, применяли ток». Несмотря на то, что к началу судебного процесса прошло уже достаточно времени, у многих обвиняемых еще оставались на теле следы от наручников и пыток.
Как регулирует национальное и международное законодательство применение пыток и бесчеловечное обращение?
В соответствие со статьей 46 Конституции АР: «III. Никто не может быть подвергнут пыткам и истязаниям, никто не может быть подвергнут обращению или наказанию, унижающему человеческое достоинство». 
Согласно статье 9.2. УК АР,  « наказания и другие меры уголовно-правого характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, не могут иметь характер, либо цель пытки или другого жестокого, бесчеловечного или унижающего достоинство обращения.»
Уголовно-процессуальное законодательство также запрещает применение пыток и бесчеловечное обращение. Так, статья 13 УПК АР гласит:
13.1. «
Запрещается принятие постановлений или допущение действий, которые задевают честь и достоинство человека, унижают или оскорбляют его, либо могут поставить под угрозу жизнь и здоровье лиц, принимающих участие в уголовном процессе;
13.2. В ходе уголовного процесса никто не может быть:
13.2.1. подвергнут обращению и наказанию, унижающим человеческое достоинство;
13.2.2. содержаться в условиях, унижающих человеческое достоинство;
13.2.3. понужден к участию в производстве процессуальных действий, унижающих достоинство.»
Международное законодательство в категоричной форме запрещает пытки: статья 3 Европейской Конвенции, которая, в отличие от других статьей, не имеет никаких исключений; статья 5 Всеобщей декларации прав человека, а также Конвенция против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания. Статья 1 Конвенции против пыток так определяет понятие «пытка»: «пытка» означает любое действие, которым какому-либо лицу умышленно причиняется сильная боль или страдание, физическое или нравственное, чтобы получить от него или от третьего лица сведения или признания, наказать его за действие, которое совершило оно или третье лицо или в совершении которого оно подозревается, а также запугать или принудить его или третье лицо, или по любой причине, основанной на дискриминации любого характера, когда такая боль или страдание причиняются государственным должностным лицом или иным лицом, выступающим в официальном качестве, или по их подстрекательству, или с их ведома или молчаливого согласия.» Пункт 2 статьи 2 Конвенции против пыток говорит о том, что пытки не могут быть ничем оправданы: «Никакие исключительные обстоятельства, какими бы они ни были, будь то состояние войны или угроза войны, внутренняя политическая нестабильность или любое другое чрезвычайное положение, не могут служить оправданием пыток». Даже приказ вышестоящего начальника или государственной власти не может служить оправданием пыток (пункт 3 статьи 2 Конвенции против пыток).
В случае, если есть информация о применении пыток, государственные органы должны приложить все усилия для полного и объективного расследования, определить круг виновных лиц и привлечь их к ответственности. Статья 12 Конвенции против пыток гласит: «Каждое Государство-участник обеспечивает, чтобы его компетентные органы проводили быстрое и беспристрастное расследование, когда имеются достаточные основания полагать, что пытка была применена на любой территории, находящейся под его юрисдикцией». В статье 15 Конвенции против пыток сказано о доказательствах, полученных путем пыток: «Каждое Государство-участник обеспечивает, чтобы любое заявление, которое, как установлено, было сделано под пыткой, не использовалось в качестве доказательства в ходе любого судебного разбирательства, за исключением случаев, когда оно используется против лица, обвиняемого в совершении пыток, как доказательство того, что это заявление было сделано».
Несмотря на достаточное количество заявлений и жалоб обвиняемых о применении пыток и получении под пытками от них признательных показаний, суд не проявил инициативы в расследовании этих заявлений.
Европейский Суд по правам человека  с апреля 2002 года (дата ратификации Азербайджаном Европейской Конвенции по защите прав человека и основных свобод) по нарушению статьи 3 Европейской Конвенции принял 18 решений против Азербайджана. В решениях неоднократно указывалась плохая практика правоохранительных органов, сотрудники которых применяли пытки, однако Азербайджан не исполняет эти решения. Одним из условий исполнения решений является применение индивидуальных и общих мер, то есть государство, как член-участник Совета Европы, должно изменить либо законы в области запрета на пытки, либо плохую практику. Несмотря на то, что прошло достаточно времени, практика применения пыток правоохранительными органами не только остается неизменной, но и развивается и расширяется
Гянджинский суд по тяжким преступлениям  вынес приговор 11-ти обвиняемым по так называемому «Гянджинскому делу».
Сеймур Алиев
Низами Акперов
Камал Магеррамов
+  еще 8  человек
ИНСТИТУТ
МИРА И
ДЕМОКРАТИИ